?

Log in

No account? Create an account

Никодим

Состав  преступления  –  доведение  до  самоубийства

Никодим

Быть или не быть

Состав  преступления  –  доведение  до  самоубийства

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть


Состав преступления...

   Ежегодно в Эрэфии регистрируется около 300 тысяч больных с терминальной стадией рака. Почти все они страдают нарастающей болью, требующей всё более интенсивной терапии, – терапии, которая не представляет сколько-нибудь значительной проблемы в медицинском плане (методы давно разработаны, лекарственные средства синтезированы). Как следствие, боль у страждущих должна сниматься. Должна! потому что в стране есть и медицинский персонал, и промышленная база для производства обезболивающих средств, а моральные нормы цивилизованного мира отказа умирающему в медицинской помощи (при возможности ее оказать) не допускают.

Тем не менее значительная часть от названных 300 тысяч человек (не исключено, что до половины) уходит из жизни не многим менее мучительно, чем приходилось умирать жертвам всякого рода садистских умерщвлений где-нибудь в лагерях ирокезов, алгонкинов и прочих первобытных племен. Каждый, кто слышал многодневный стон-крик онкобольного не сочтет эту оценку преувеличенной.

На первый взгляд, причины массовых страданий весьма банальны. Они выглядят побочными следствиями проводимой государством в интересах всего общества борьбы с распространением наркотиков – следствиями, обусловленными перестраховкой да головотяпством каких-нибудь чиновников. Врачи ведь стараются не выписывать действенные обезболивающие препараты (наркотические анальгетики), потому что выписка их связана с хлопотами по ведению весьма сложной отчетности и угрозой уголовной ответственности в случае ошибок. А минздрав эту практику ограничений утверждает своими нормативными актами и, главное, ориентирует на использование минимальных доз. Оная ориентация – важнейший фактор, потому что боль – субъективная реакция: при одном и том же патологическом процессе и травме она разная у разных людей (там, где один умрет от шока, другой лишь слегка постонет).

Не секрет и то, что запугивает врачей наркоконтроль (ФСКН). Именно он обязывает их вести слишком сложную отчетность и всячески ограничивать доступ к обезболевающим средствам. Поэтом большинство граждан Эрэфии, включая самих больных и их родственников, наивно полагает, что виноваты врачи, Минздрав и особенно наркоконтроль.

А между тем информация, однозначно высвечивающая действительного виновника известна уже давным-давно, благодаря трагическому инциденту, приключившемуся в пятницу 7 февраля 2014 года.

Вячеслав Апанасенко

В этот день один из сотен тысяч больных с терминальной стадией рака, оставшись на выходные дни даже без минимальной дозы анальгетиков, выстрелил себе в голову. И произошло это не где-нибудь, а в Москве, и стрелявшим был не кто-нибудь, а видный специалист по ракетно-ядерному вооружению, бывший начальник штаба вооружений ВМФ контр-адмирал Вячеслав Апанасенко. И, что самое главное, прежде чем нажать на спуск своего наградного пистолета, он написал записку с обвинением в своей смерти правительства и минздрава (точный текст засекречен, но суть стала известна из сообщений родных адмирала в социальных сетях).

Смерть этого человека (он умер, не приходя в сознание, 10 февраля) не могла не возыметь политических последствий: подводные ракетоносцы, на которых служил адмирал и где его знают все старшие офицеры, – наиболее (а может быть, и единственная) надежная часть пресловутого «ядерного щита» Эрэфии. Нисколько не удивительно, что уже неделю спустя вопрос рассматривался в Совете Федерации, куда был вызван сам руководитель ФСКН Виктор Иванов.

И вот этот чиновник сказал (19.02.2014 г.) всё. Буквально всё (не было только выводов). Выяснилось: анальгетиков в стране просто-напросто не хватает – по причине свертывания их производства. Причем их заведомо не хватает – легко предвидеть, что в случае войны или крупной катастрофы возникнут проблемы. И все-таки, несмотря на наличие производственных мощностей и специалистов, производство не расширяется. Страна покупает наркотические вещества для своего весьма ограниченного производства и готовые анальгетики за границей, хотя со стороны ФСКН возражений против расширения якобы нет.

Сделать выводы из сказанного руководитель ФСКН, конечно, себе не позволил, то есть сняв ответственность с себя, он ее ни на кого перекладывать не стал. Зачем? В Совете Федерации осведомленные люди сидят. Сами всё понимают.

Совсем не нужно было там объяснять, что вся система сложнейшей отчетности за выписку наркотических анальгетиков и вообще все меры по ограничению их доступности, включая запугивание врачей, – дымовая завеса, прикрывающая решение о минимизации собственного производства наркотических и психотропных препаратов, принятое на высшем политическом уровне. Если бы обезболивающие средства выписывались по медицинским показаниям, то население сразу обнаружило бы, что в аптеках их нет и нет по той простой причине, что они почти не производятся промышленностью.

Кстати, факт дефицита хорошо известен и специалистам по онкологии. На проходившем тогда же, в феврале 2014 года, VII Форуме Движения против рака профессор Национального НИИ Общественного здоровья РАМН Елена Тельнова, сообщила, что количество поставляемых в аптеки анальгетиков составляет даже в Москве 10% от потребности, а в целом по стране – 4%.

И уж тем более неуместны были бы в Совете Федерации критические замечания в адрес верховной власти, которую население отождествляет с президентом Путиным. Вряд ли среди членов Совета найдется хоть один, кому был бы не очевиден огромный риск более чем десятикратного увеличения собственного производства наркотических препаратов в текущей политической ситуации. Опыт стран Латинской Америки и Центральной Азии ясно показал, что в странах с высоким уровнем коррупции контролировать производство наркотических веществ в сколько-нибудь значительном объеме невозможно, а доходы наркомафии настолько велики, что она сразу обнаруживает поползновения подчинить себе структуры государственной власти. В такой огромной лоскутной империи, как Российская Федерация, расширение производства наркотических препаратов – путь к политическому перевороту, потому что сепаратистам не хватает только финансирования.

Конечно, за пределами круга власть имущих тогда, в феврале 2014 года, вывод о прямой ответственности высшего руководства страны за страдания сотен тысяч онкобольных можно было бы счесть преждевременным, ибо ведь это самое руководство могло бы еще вмешаться и принять решение о расширении производства. Но вот прошел год. И что изменилось?

Ничего. Первым указанием на сохранение печального статус-кво является проходящая через этот год серия генеральских самоубийств. Таких значимых фигур, как В. Апанасенко в ней уже нет и обвинений в адрес правительства со стороны доведенных до самоубийства людей СМИ не зафиксировали. Но все-таки три погибших один за другим из-за отсутствия элементарных лекарств отставных генерала – факт многозначительный. Прежде всего потому, что в нем отчетливо угадывается верхушка айсберга.

Март 2014 г., застрелился генерал-майор Борис Саплин,
июнь 2014 г., застрелился генерал-майор Виктор Гудков,
январь 2015 г., повесился генерал-лейтенант Анатолий Кудрявцев.

Какова же цена всем заявлениям о принятых мерах по облегчению доступа онкобольных к анальгетикам? На исходе прошлого года Госдумой был принят даже закон о таком облегчении. В юридическом плане это весьма претенциозная конструкция, но фактически речь там идет всего лишь о мелких послаблениях типа продления срока действия рецепта. Это во-первых. А во-вторых, закон вступает в силу только через полгода, то есть налицо красноречивая демонстрация непонимания власть имущими совершающейся трагедии. Страданий сотен тысяч людей они явно не замечают, продолжение потока самоубийств их не волнует нисколько.

Ну, а главное свидетельство сохранения статус-кво – это отсутствие намерения расширять производство. О каком реальном облегчении положения онкобольных можно говорить, если анальгетиков в стране меньше потребного объема в десятки раз, а возможности импорта в связи с продолжительным и крутым падением цен на нефть уменьшаются? Известно, что на 2015 – 2017 год уже запланировано сокращение бюджетных расходов на здравоохранение. Расходы теперь будут меньше на 21,4%. Всё, что в таких условиях вообще может делать верховная власть, это облегчать положение онкобольных в Москве за счет регионов. Ну и, конечно, в первую очередь она будет заботиться о видных лицах, причастных к силовым структурам (таких как погибший в прошлом году адмирал).

Итак, ничего, по сути дела, не изменилось. Самоубийства онкобольных продолжаются. Кстати, по данным агенства Интерфакс, за текущий месяц до 20 февраля в одной лишь Москве – где положение в разы лучше, чем по стране в целом! – покончили с собой девять человек. Последние в этом списке: мужчина 83 лет, который глубокой ночью выбросился с балкона шестого этажа, и мужчина 80 лет, удавившийся той же ночью на ручке шкафа.

Они не могли больше выносить боль, так же как сотни других в минувшем году и так же как не смогут ее вынести еще сотни людей в предстоящие годы путинского режима. Ни малейших оснований для сомнения в том, что трагедия будет продолжаться, к сожалению, нет. Однако вот что следует иметь в виду: хотя каждый самоубийца убивает себя сам, понятие «доведение до самоубийства» имеет вполне определенный смысл и юридическое значение. Особенно сейчас, после того как в конце января в Лондоне начались судебных слушания по делу об убийстве А. Литвиненко, ибо на слушаниях приводятся улики, характеризующие Эрэфию в качестве мафиозного государства. В частности, стало известно, что нынешний глава ФСКН Виктор Иванов с ведома нынешнего президента Владимира Путина в 90-е годы был причастен к транспортировке кокаина из Колумбии в Западную Европу через петербургский морской порт.

Виктор Иванов

Это принципиально важный момент, – устраняющий последние сомнения.
      Когда состоится суд, в числе предъявленных высшему руководству Эрэфии обвинений будет и доведение до самоубийства в массовых размерах… Руководствуясь соображениями стабилизации собственной власти и личной безопасности, обрекли на жесточайшие мучения N сотен тысяч больных раком и толкнули на самоубийство M тысяч из них. Цифры N, M со всей возможной точностью установит международное расследование.




Разработано LiveJournal.com