?

Log in

No account? Create an account

Никодим

Выступление  Гуссерля

Никодим

Быть или не быть

Выступление  Гуссерля

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть


Существование природы не может обусловливать существования сознания, — ведь она сама выходит наружу как коррелят сознания; природа существует, лишь конституируясь в упорядочиваемых взаимосвязях сознания.
Э. Гуссерль. «Идеи I». § 51


«Назад, к самим предметам!»




  Выступление  Гуссерля

    В последний год XIX в. началось изложение философской доктрины, которая отчетливо, до конца опровергла вывод, сделанный 20 лет назад в связи с рождением экспериментальной психологии, – вывод об охвате естественнонаучным миропониманием всего бытия. В свете аргументов, сформулированных Гуссерлем в двух томах «Логических исследований» (1900 – 1901 гг.), оказывалось: эмпириокритицизм не завершение исторической миссии позитивизма, а очередная ошибка. Неожиданность была не мелкого масштаба: для осознания ее и идейной перестройки позитивистам понадобилась смена поколения. Но это только первая реакция на произведенный переворот. Осмысление идет доселе – с 1900 года открывается новая для науки возможность понимания истины и реальности.

Каков главный аргумент Гуссерля против психологизма?

Экспериментально обосновать законы мышления – вывести их в рамках естественной науки – невозможно, потому что сам процесс этого обоснования есть в основе своей то же мышление. Подробнее так: исследовать психическую жизнь, наблюдая ее у людей, ставя эксперименты, анализируя результаты и делая выводы, – значит мыслить. Следовательно, замысел вывести законы мышления из фактов психической жизни – логическая ошибка («круг»).

Ситуация познания противоположна схеме позитивистов: чтобы делать из фактов какие бы то ни было заключения, да и устанавливать факты, то есть чтобы познавать, изучать природу, общество, человека, надо правильно мыслить, – мыслить в строгом соответствии с законами логики. Законы мышления и неотделимое от них понятие истины – априорная основа познания. Лишь постольку, поскольку мы уже располагаем этой основой, существуют для нас и факты, и сам объединяющий их материальный мир.

Казалось бы, довольно очевидная вещь, но в условиях естественнонаучного миропонимания люди перестают замечать что-либо, кроме «физики». Они становятся (выражение Гуссерля) натуралистами в том смысле, что для них всё бытие сводится к физическим процессам да их производным. Как следствие, логические противоречия в теории познания не особо смущают (указания на них относят к «схоластике» при отсутствия противоречия фактам). И вера в то, что законы логики есть так или иначе законы природы, не остывает… А Гуссерль шел дальше. Много дальше. В своем исследовании статуса логики он высветил онтологическое различие сфер реального и идеального в предмете познания.

Это фундаментальное достижение, предопределяющее новое видение бытия. Еще во времена Платона высказывалась мысль о самостоятельности идеально-всеобщего. Но не более чем высказывалась. Закрыл проблему именно он, Гуссерль в своих «Логических исследованиях». Невозможность вывести из опыта (включая т. н. «производственную практику») логику – это частный случай невозможности вывести идеальное из реального, а стало быть, и общее из единичного.

Даже вопрос о выводе не имеет смысла: идеальное само обладает бытием, само – отнюдь не в сознании (и отсюда вовсе не следует его принадлежность ко «внешнему миру»). Поэтому в точности так же не выводится и реальное из идеального, и нет меж ними никаких градаций, никаких. Необходимо четко различать факты и истины, возможное и должное, эмпирическое и априорное45.

Чтобы в полной мере оценить результат, следует бросить взгляд на историю философии и в первую очередь учесть: понятие «реальное» у Гуссерля соответствует естественнонаучному миропониманию, т. е. имеется в виду то, что дано в опыте, тогда как начиналась философия с принципиально иного понимания. В начале была вера в достижимость истинного знания о бытии одним лишь умом и, соответственно, отождествление истинно сущего (и в этом смысле реального) с идеальным. Мир, данный нам физически, в опыте органов чувств, полагался искаженным образом идеального в неидеальном, в бесформенном, в материи, – миром от идеального производным, его инобытием. Знание, основанное на опыте, виделось логически несостоятельным, «темным».

Эта вера была сформулирована в начале V века до н. э. и разделялась в той или иной мере всей философией до Аристотеля. Даже, если истинно сущее описывалось как атомы и пустота, оно оставалось принципиально недоступным в опыте органов чувств, открытым только уму, идеальным. Физические тела мыслились не структурами из атомов и пустоты, а инобытием структуры. После Аристотеля такое понимание бытия сохранялось в одном из направлений философии – идеализме. Сохранялась и в XIX веке, несмотря на критику позитивистов. И экспериментальная психология тут ничего изменить не смогла, ожидания не оправдались.

Доказал недостоверность идеализма Гуссерль. Ибо коль скоро «реальное» в смысле «данное в опыте» не выводится из идеального и нет меж ними никаких градаций, любая идеалистическая онтология построена на ошибке. Приняв в качестве истинно сущего идеальное, существование физического мира вывести невозможно.

Однако умозрительная философия (метафизика) идеализмом не исчерпывается. Благодаря Аристотелю наметилась тенденция усмотрения в качестве истинно сущего единичного. Именно она вывела философию через номинализм на натурализм. К концу XIX века (после ряда неудачных попыток46) была сформулирована вера в достижимость знания мира в целом на основе физического опыта, а соответственно, понимание реальности как природы и, вкупе с нею – общества в качестве мира, производного от природы. Тем самым категория истинно сущего возродилась – ее содержанием в новой метафизике стало «первичное» (реальность, порождающая жизнь и психику).

Новая метафизика оказывается своего рода антиподом идеализма. Чтобы почувствовать это, достаточно учесть: идеальное в ней – продукт психики, представляет собой образ, инобытие физически данного (в идеализме, наоборот, физически данное является образом, инобытием идеального). Соответственно, совершенно по-другому понимается материи. Все натуралисты сходятся на том, что материя не только материал, из которого построена структура «мир в целом», но и сама эта структура, что идея структуры (формы) возникает в ходе наблюдения материи – выводится из опыта.

Поскольку же де-факто ни мир в целом, ни материя в физическом опыте отнюдь не даны47, натурализм – так же как и идеализм – формулируется за пределами естественнонаучного миропонимания. Позитивисты указывали на это изначально, но недостоверность натурализма отсюда все-таки не следует. Она обнаружилась только в итоге «Логических исследований» Гуссерля. Ибо, приняв в качестве «первичного» реальное, логически невозможно вывести идеальное.

Что же касается позитивизма, в частности эмпириокритицизма, то он не более чем старается оставаться в пределах естественнонаучного миропонимания и в этом смысле «физики». Он лишь нацелен на уход от умозрительных, не обоснованных опытом выводов – предпосылок, домыслов, в первую очередь от домысла о существовании мира-структуры вне познающего субъекта, об отображении мира в уме.

Цель  не  достигается.

Эмпириокритицизм, декларируя отказ от парадигмы отображения – единство физического и психического, объективного и субъективного в «чистом опыте», определяет этот опыт как взаимодействие «индивидов со средой», то есть, по сути, рассуждает о мире вне познающего субъекта. Основатель эмпириокритицизма, Авенариус, был убежден в допустимости таких рассуждений, потому что считал веру в существование «среды», включающей «индивидов», исходным пунктом познания вообще – «естественным понятием о мире»48. Понятие якобы безальтернативно, а потому присуще всем – предшествует гносеологическим предпосылкам! Мысль, которой эмпириокритицизм обязан популярностью – слишком многим она казалось безупречной, увлекала иллюзией полноты естественнонаучного миропонимания.

И нельзя не отметить: понятие о «среде», о мире «окружающем», полностью включающем человека, безусловно, «естественное понятие». Оно действительно объединяло всех и – неизбежно выводило на идею отражения мира в уме…

Здесь мы приближаемся к главному достижению Гуссерля – к его второму шагу на пути преодоления умозрительного характера философии, к превращению ее в строгую науку. Им была предложена альтернатива парадигме отображения, он первым в истории философии указал на возможность описать процесс познания без этой схемы и каких-либо предпосылок вообще – обнаружил труднопостижимую в своей предельной простоте истину: предметы (и идеальные, и реальные) не отображаются мышлением, а даны в сознании.


к  оглавлению                                                                                     читать  дальше



45.   Онтологическое разведение идеального и реального – это первый шаг к открытию феноменологии. Результат, был опубликован уже в первом томе «Логических исследований», в 1900 г. «Взаимная несводимость наук о реальном и идеальном» утверждается там в § 48. В § 50 истина противопоставлена факту: «Чисто логические законы представляют собой истины, вытекающие из самого понятия истины...». Доказательства логически безупречны. Натуралисты игнорируют их (объявляют «схоластикой») лишь потому, что концепция происхождения идеального в результате абстрагирующей деятельности ума не противоречит фактам типа: геометрия появилась после того, как люди научились делать предметы «идеальных» геометрических форм, а арифметика – после того, как они научились считать.

46.   Первая попытка была предпринята в 1745 – 1747 гг. (Ламетри), вторая в 1770 г. (Дидро и Гольбах), третья в 1847 – 1855 гг. (Фохт, Бюхнер, Молешотт). Все они были неудачны, потому что надолго дискредитировали идею естественнонаучного мировоззрения в общественном мнении. Перелом наступил только к началу 80-х гг., после того как Дарвин изложил теорию естественного происхождения человека (1871 г.), а благодаря усилиям Вундта оформилась естественная наука о душе, экспериментальная психология (1874 – 1879).

47.   Даны в физическом опыте те предметы, которые обнаруживаются нашими органами чувств по меньшей мере косвенно – в физических экспериментах. Таковыми, например, являются, помимо любых физических систем, четыре взаимодействия: гравитационное, электромагнитное, слабое и сильное. Эксперименты же, в коих обнаруживается материя, физике неизвестны. Утверждать, что должно существовать нечто, объединяющее все физические системы и все взаимодействия, – значит делать умозрительный вывод. К числу такого рода выводов относится и утверждение о существовании мира в целом, то бишь структуры, включающей в себя всю природу и всех мыслящих существ. Физике такой предмет неизвестен. Отождествлять с ним тот предмет, который описывается уравнениями ОТО, – значит заниматься умозрительной философией.

48.   Эту веру Авенариус формулировал в такой схеме: существуют «индивиды», «фрагменты окружающей среды» и отношения меж элементами названных множеств. В качестве универсального исходного пункта процесса познания он выдвигал ее с самого начала изложения эмпириокритицизма, т.е. со времен работы над книгой «Философия как мышление о мире по принципу наименьшей меры сил. Введение в критику чистого опыта» (опубликовано в 1876 году). Наиболее подробно она – в качестве «естественного понятия» о мире – рассмотрена в последней крупной работе философа – «Человеческое понятие о мире» (1891 год).


Разработано LiveJournal.com