?

Log in

No account? Create an account

Никодим

  Мнимость  обоих  исходных …

Никодим

Быть или не быть

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть



encefalogramma

  Мнимость  обоих  исходных  представлений

    Достаточных оснований счесть «сон без сновидений», обморок, кому состояниями без сознания («без чувств») и, как следствие, моментами небытия нет. Из того, что человек после сна не помнит себя, то есть мыслей-чувств последних часов, не следует, что их у него и не было: опыт пустой памяти может быть иллюзией, обусловленной трудностями воспоминания (например, в связи со снижением у спящего интенсивности переживаний).

После изобретения электроэнцефалографии так и оказалось – человек забывает свои сны, не может, как правило, припомнить пережитое в обмороке и коме. Забывает, ибо деятельность мозга не прекращалась и случаи воспоминания наблюдаются. Есть даже основания полагать, что сознание сохраняется и при нулевой активности мозга, то есть когда энцефалограмма вытягивается в прямую линию. В случаях возвращения из такого состояния некоторым удается припомнить весьма любопытные вещи.

Итак, истолкование опыта пустой после сна (обморока, комы) памяти в качестве опыта утраты сознания, – небытия в мире, во-первых, логически не необходимо, а во-вторых, опровергнуто экспериментально. Сознание во сне, обмороке, коме сохраняется.

Отсюда ясно: опыта, аналогичного посмертию в варианте «без чувств», мы не имеем (можно лишь предполагать, что и он тоже приносит знакомый нам «усладительный покой»). А это просветляющий момент – облегчается возможность усмотреть то, что открывается в логическом плане: наличие представления о смерти как необратимом исчезновении сознания – иллюзия. Представить ее так – пережить себя исчезнувшим в мире (мир без самого себя) не получится: тут надо вообразить невообразимое – свое повсеместное отсутствие. И это, несмотря на то что переживается – иногда! – конечность собственного существования как такового.

Поскольку же возможность вообразить мир без самого себя нам в мышлении без рефлексии навязчиво мерещится, сосредоточимся на логическом анализе. Положительный якобы итог попытки помыслить свое небытие в мире формулируется так: «Я не существую [нигде]». Но – это высказывание не менее чем абсурдно (однозначно ложно), потому что обнаруживается противоречие: если уж я что-то высказываю, то я есть. А поскольку, если меня нет, то и суждение (смысл) «Меня нет» также отсутствует (в каждом сознании – свое Я), высказывание «Я не существую» оказывается бессмысленным и, стало быть, как не истинным, так и не ложным.

В ситуации, когда рефлексия не включена, часто кажется возможным уйти от противоречия, формулируя в будущем времени: «Меня не будет», однако это – уход только от текущей очевидности противоречия, ее отсрочка3. Как правило же, без рефлексии субъект вообще не улавливает роль своего сознания в восприятии, выказывая убеждение в данности мира самого по себе – данности неким сторонним взглядом, вездесущим и анонимным. На вопрос, чьими глазами созерцается человеком мир вне сознания (у Фрейда сцена своих похорон), следует ответ: глазами другого. А ведь, чтобы ответить так, нужно не замечать ни мистики такого «зрения», ни противоречия, ибо какая же то картина мира вне сознания, если она от кого-то другого?!

Таким образом, сколь бы странным это нам ни казалось, высказывания, формулирующие представление о посмертии в качестве отсутствия самого себя (а значит, и сознания) в мире, лишь кажутся осмысленными. Соответственно, всякий, кто мнит себя приверженцем такого представления, на деле представляет не свое небытие в мире – а продолжение своего пребывания в нем, но – сам того не замечает («видит глазами другого»). Это – самообман. Рассуждения же об отсутствии сознания у человека, наблюдаемого после его смерти, ровно ничего не меняют: они тоже пусты, поскольку сознание со стороны, физически, объективными средствами не наблюдается.

Конечно, можно условиться считать сознание результатом усложнения физических процессов, моделируемых на компьютере, а следовательно, продуктом (функцией) мозга и на этом основании поверить: адекватная модель смерти человека – выключение сознания. Однако поступить так мешают две проблемы, на которые в научном сообществе не принято обращать внимание. Во-первых, названное условие всего лишь только гипотеза и притом абсолютно безосновательная в плане естественнонаучном, а надежда ее доказать на пути усложнения компьютеров и программ, вопреки первоначальным прогнозам, не оправдывается. Во-вторых, логическая невозможность мыслить отсутствие реального, наблюдаемого сознания – плохое предзнаменование для успеха на пути его физического моделирования.

Кстати, вторая проблема часто ускользает от понимания. В первую очередь в связи с тем, что невозможность мыслить названное отсутствие отрицается. Высказывается убеждение: нам не более чем трудно представить себя несуществующими [в мире] – мешает-де эгоцентризм мышления, тот же, что рождает веру в бессмертие души4. Утверждают это, несмотря на то что тем самым игнорируется очевидная истина: тот, кто верит в реальность мира [воображаемого] без самого себя, будущее воспринимает бесконечным продолжением, а потому если уж он отличается от верящего в бессмертие души, то одной лишь глубиной самообмана – он своего присутствия там, в будущем, не замечает в качестве наблюдателя.

Переходим к представлению о переселении бессмертной души.

Пребывание в теле и перемещение из него – признак локализации, обладания пространство-временностью, а всё, что обладает пространство-временностью, принадлежит тому самому миру, который изучает физика, – оно наблюдается со стороны, оно возникает и распадается (гибнет). Иными словами, представление о нефизической, бессмертной душе в физическом мире подобно представлению о круглом квадрате (выражается абсурдными высказываниями). Его можно обсуждать, но мыслить без противоречий, считать знанием, нельзя. Так что и второе исходное представление о смерти мнимо.


к  оглавлению                                                                                     читать  дальше



3.   Время, в отличие от словоформ, всегда настоящее. Сказать «я не буду существовать» – значит, перенести очевидность противоречия «я нигде не существую» на другое время (по прошествии интервала Т) и тем самым уйти от нее, уйти от ее переживания. Если этот уход непреднамеренный, то человека легко вернуть к реальности словами: «Вам угодно уклоняться в область воображаемого. Ну что ж, вообразите, что интервал Т прошел».

4.   Это убеждение открыто высказывалось до середины ХХ века. В частности, знаменитый проповедник веры в вечный «сон без сновидений» Карлис Ламонт писал: «…очень трудно представить себя несуществующими», «эгоцентрическое мышление цепко держит нас в своих лапах; оно заставляет неискушенных людей стихийно верить в бесконечную жизнь» (Ламонт К. Иллюзия бессмертия. М., 1984. С. 22). Очень трудно? Подменяя, видимо, мнимое представление о своем небытии в мире экзистенциальным переживанием конца, Ламонт, сам того не замечая, «отменяет» закон противоречия, а иллюзию бессмертия сохраняет в варианте вечного «сна».


Разработано LiveJournal.com