?

Log in

No account? Create an account

Никодим

Кое-что о кораблекрушениях и смысле истории…

Никодим

Быть или не быть

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть









Кое-что о кораблекрушениях и смысле истории

2. Призрак  бродит  по  Европе...

    К сожалению, дальше картины вытеснения цементирующей социум «морали господ» разрушительной моралью-реакцией («моралью рабов») Ницше не пошел. Вечный круговорот представлялся ему единственной формулой исторической динамики. Он не заметил, что в первом веке нашей эры совершилась революция в моральном сознании, а именно: явилась позитивная, созидательная мораль нового типа – не просто сохраняющая данный социум в борьбе за существование с другими, а совершенствующая его в направлении сотрудничества с другими. То есть на смену групповой, закрытой морали вот уже девятнадцать веков идет общечеловеческая, открытая.

Анри Бергсон На этот фундаментальный факт четко указал Анри Бергсон в работе «Два источника морали и религии» (1932 год). Он первым усмотрел в христианстве религию качественно нового типа – «динамическую». В отличие от всех прочих религий («статических»), христианство в очень незначительной мере представляет собой фиксированный однажды комплекс культа и догматики. Оно есть процесс, – долгий процесс постижения привнесенной в мир идеи смысла бытия, а тем самым и развития в «жизненном порыве» принявшего идею, христианского человечества.

Ницше вследствие приверженности языческой идее вечного круговорота оказался настолько слеп, что истолковал новую религию как продукт ресентимента. Ему в декларации: «…все же вы братья» (Мф. 23 : 8), вместо перехода от групповой морали к общечеловеческой, померещилась попытка обесценить личное достоинство человека, ввести равенство. Между тем равенство христианским сознанием устанавливается не более чем в максимуме прав, то есть ценность личного достоинства – а стало быть, и «мораль господ» – сохраняется. Это особенно отчетливо выразил апостол Павел словами: «К свободе призваны вы, братья» (Гал. 5 : 13), ибо слово «призваны» подчеркивает: Завет дальше призыва не идет, решает каждый сам. Всё несовершенство христианского общества обусловлено как раз тем, что не все его члены (а первоначально далеко не все) на призыв к свободе откликаются. Они «господа» лишь де-юре или даже только в возможности.

Заняв антихристианскую позицию, Ницше помимо своей воли примкнул к социализму, став провозвестником одного из его вариантов – нацизма. И логика этого результата отчетливо подтверждает правоту Бергсона, который рассматривал любое общество тем более далеким от понимания христианства, чем более в нем доминирует групповая мораль и, соответственно, групповая идеология и авторитаризм. Социализм, который был известен во времена Ницше (интернациональный), круто замешан на групповой морали – так называемой классовой. В нем место своего клана, страны, нации, противостоящей остальному миру, занял «передовой» класс, пролетариат, коему предстоит «потерять цепи» и «приобрести весь мир». А сужает ли эта замена зону свободы для утоления агрессивных влечений?

Наоборот, расширяет. Уже потому, что «чужбина», где члены политической элиты «ведут себя немногим лучше выпущенных на волю диких зверей»* дополняется своей страной и даже своей средой. Такого размаха, который зверства приобрели в классовых войнах – то есть в ХХ веке, начиная с 1918 года – история не знала. То был апогей, воплощение катастроф Апокалипсиса. Но много важнее для понимания происшедшего тогда, в ХХ веке, другое.

Шарль Фурье Во-первых, интернациональный социализм (и тут Ницше не ошибался) есть подлинный плод ресентимента: он начался с ненависти и злобы; исходные тексты – обличения и проклятия неудачливого коммерсанта Шарля Фурье, рассуждения о необходимости и неизбежности разрушения цивилизации посредством отмены морали. Первый социалист именовал мораль нудными бреднями, лицемерием и проповедовал высвобождение всех влечений – под тем предлогом, что их ограничение является, видите ли, причиной всех социальных зол. Пресловутый идеал свободы труда сформировался у него в единой связке с идеалом свободы «любви»: утверждалось, что на земле наступит всеобщее изобилие после того, как каждый работник получит возможность «порхать от удовольствия к удовольствию», меняя свою профессию несколько раз за день. Маркс, уловив завлекательность «открытий» Фурье, дополнил их – теорией происхождения прибавочной стоимости исключительно из... физического труда. Он изобрел социальный динамит. Его теория позволила истолковать всю прибыль от производства товаров, а значит, и доходы всех предпринимателей, менеджеров, инженеров, госслужащих, деятелей науки и искусства в качестве недоплаченной – и в этом смысле украденной! – заработной платы людей «серпа и молота», пролетариев. Вне круга наименее культурной, а следовательно, и наиболее бездуховной, жадной, нравственно распущенной части общества, человек, по Марксу, оказывается паразитом.

Далее, самое главное: с начала ХХ века победа социалистических партий, и притом особо радикальных, во всех европейских странах была неизбежна, потому что растущая часть населения, начиная с интеллектуальной элиты, охватывалась верой в необходимость и возможность овладеть обществом, в том же смысле, в каком естественные науки, позволяли овладевать природой. Всё более популярной становилась идея общества без рынка и частной собственности на средства производства, – общества, организованного по образу и подобию машины, управляемого, социалистического (процессы производства и распределения идут по единому плану в интересах всех).

До социалистических революций в Европе дело не дошло лишь потому, что такая революция вдруг, совершенно неожиданно была объявлена в России – большевиками. Она обнаружила настолько разрушительный характер и положила начало столь зверскому режиму, что, с одной стороны, вызвала мощную охранительную реакцию – националистические движения, которые поставили перед собой задачу организовать плановую экономику без разгрома собственной страны, без полной ликвидации рынка и частной собственности (эти движения известны под названиями фашистских и национал-социалистических). А с другой стороны, европейские марксисты тотчас утратили моральное право на призыв к выходу из «капиталистического тупика» путем социалистических преобразований, потому что в условиях проводившегося большевиками на российском пепелище «строительства» риск провала стал неразумен – следовало ждать исхода «социалистического эксперимента».

(NB. Об этом давным-давно не принято вспоминать, но сразу после окончания Первой Мировой войны влиятельные социал-демократические силы Европы потребовали у своих правительств отказаться от намерения спасти терпящую национальное кораблекрушение союзную Россию и, устремив взоры на большевиков, застыли в ожидании.)

*  Ницше Ф. К генеологии морали, Рассмотрение первое, 11.



3

3. Воплощение  призрака  и  реакция  лорда

    Водворение коммунистического режима на российском пространстве – убедительный итог торжества ресентимента. На то красноречиво указывают состав и деяния «пролетариата», на плечах которого компартия брала власть. Вопреки заявлениям Ленина и «соратников», опорой служили даже не рабочие и крестьяне, а разложившаяся, асоциальная масса (включала чуть не в полном составе люмпенов, дезертиров, наиболее авантюрный уголовный сброд) вкупе с представителями «угнетенных» нацменьшинств и при поддержке интернационалистов из числа военнопленных. А деятельность сводилась к разрушениям, грабежам и расправам без каких бы то ни было моральных ограничений, то есть к безудержному утолению звериных инстинктов, оргиастическому празднику, причем – характерная деталь! – под лозунгом мести «господам», возмездия за «вековые обиды».

(Для полноты восприятия – несколько тактов музыки, ставшей впоследствии гимном СССР.)

Первая оргия подонков разыгралась спонтанно в течение пяти дней, с 13-го по 17 марта 1917 года, вторая широко развернулась по инициативе Ленина и Троцкого в течение пяти месяцев, вошедших в историю под названием «триумфальное шествие советской власти». Триумф обеспечила пассивность большинства населения. А чтобы сопротивляться было невозможно, с сентября «государство рабочих и крестьян» открыто приступило к массовым убийствам ни в чем не повинных людей (заложников), продемонстрировав тем самым абсолютную и полную переоценку ценностей цивилизованного общества, переход на моральные позиции людей дна. Эпоха «строительства нового мира» началась.

Бертран Рассел Почему интеллектуальная элита Запада отнеслась к «строительству» с симпатией, сейчас понять трудно. Не следует думать, что это происходило из-за недостатка информации. Ее было более чем достаточно. А некоторые авторитетные господа, властители умов к тому же поспешили лично посетить Совдепию и встретиться с Лениным. Среди них засветился представитель одного из самых влиятельных родов Великобритании Бертран Артур Рассел, выдающийся философ и математик. Обмануть его было невозможно, он всё понял. Однако предпочел поддерживать коммунистическую пропаганду, ибо воображал, что «истинный» коммунизм во всем своем объеме (включая искоренение христианства) необходим миру, а потому разоблачение бесчеловечности большевистского правления опасно. Может быть «неправильно» понято и сыграет на руку реакции.

Таким образом, моральная позиция лорда – ориентация на целесообразность – была той же, что и у засевших в Кремле подонков (ему не было никакого дела до элиты России). Налицо полная противоположность Ницше, которому моральная бескомпромиссность еще в 1887 году позволила уразуметь, что тяга всех социалистов к «commune» есть тяга «к примитивнейшей форме общества» и «означает, в сущности, чудовищный рецидив»*. Культурные общества без частной собственности существовали в эпоху архаики (по меньшей мере с III тысячелетия до н. э.), и все они представляли собой в политическом плане жесткую иерархическую систему – деспотию. Наипаче известные образцы: государства Древнего Египта, долины Двуречья и Империя инков. Сам Маркс охарактеризовал состояние этих обществ как – «поголовное рабство»! Какие были основания ожидать от «социалистического эксперимента русских» иного результата?

И тем не менее лишь тогда, когда всё строительство, коим был занят воплотившийся призрак древних царств кончилось созданием сверхмощных вооруженных сил для советизации всего человечества («освобождения от капиталистического рабства» в формате СССР), Рассел и ему подобные сменили курс. Понимая, что цель Сталина вполне достижима в условиях успеха на Западе коммунистической пропаганды, они от славословий его режиму (режиму человека дна и жажды мести) перешли – для начала – к попустительству реваншистским устремлениям Германии с целью направить их в «нужном направлении».

Эта запоздалая конфронтация с Советами была долгой и драматической, ибо противник оказался упорным, – маниакально упорным. Когда Третий Рейх действительно сорвал (ценой своего существования) водворение «диктатуры пролетариата» в мировом масштабе, а Сталин как ни в чем ни бывало пустился готовить новую попытку, лорд Рассел даже несколько протрезвел от симпатий к коммунизму – решился сказать правду: «В России 1917 года… пролетариат составлял небольшой процент населения, значительным большинством которого являлись крестьяне. Декретом было установлено, что партия большевиков есть обладающая классовым сознанием часть пролетариата, и что маленький комитет её лидеров обладает классовым сознанием большевистской партии. Диктатура пролетариата, таким образом, пришла, чтобы быть диктатурой маленького комитета, и, в конечном счете, одного человека – Сталина. Как единственный обладающий классовым сознанием пролетарий, Сталин осудил миллионы крестьян на голодную смерть, а миллионы других к принудительному труду в концентрационных лагерях… Я пребываю в полном недоумении, как произошло, что некоторые люди, будучи гуманными и интеллектуальными, могли найти нечто восхитительное в обширном лагере для рабов, созданном Сталиным»**.

*  Ницше Ф. К генеологии морали, Рассмотрение первое, 5.
**  Рассел Б. Почему я не коммунист? (статья в британской прессе начала 50-х годов).


Сталин и «соратники» в конце пути

4. Капитуляция  партии  пролетариата  (подонков)
Генерал Эйзенхауэр

Ключевой фигурой конфронтации стал, естественно, не философ, а генерал – в роли кандидата на пост президента США и с программой перехода к наступлению против коммунизма. Сразу после того как он вошел в Белый Дом, Сталин скончался при загадочных обстоятельствах и наследники дали понять мировому сообществу, что от замыслов советизации планеты они отказываются. Ставку в игре за самосохранение было решено сделать на «преимущества социализма» (больше-то почти ничего не оставалось). «Почти», потому что можно же было сразу отказаться и от коммунизма на российском пространстве, от СССР, то есть бросить «знамя марксизма-ленинизма». Но так далеко заходить было страшно недавним кураторам проекта освобождения мирового пролетариата в ходе «второй империалистической войны»*.

Бросить знамя пришлось попозже, двадцать восемь лет спустя, когда «социалистический эксперимент» уже давно был признан провалившимся и «великий могучий Советский Союз» в своих отчаянных потугах не отстать от США в военной мощи наконец надорвался. Последние члены «маленького комитета лидеров» легко сообразили в тот грустный момент, что «акулы капитала» их не тронут, если они добровольно откажутся от «заветов Ильича», что все преступления большевизма будут забыты, если конфронтация (она же Холодная война) просто безоговорочно закончится… Так и вышло.

Эта тихая, незаметная капитуляция наиболее деятельной из преступных организаций ХХ века, принятая после тридцатипятилетних попыток проигравшей стороны разжечь мировой пожар и семидесяти лет тайной войны, серии коварных ударов, потоков злобной хулы и угроз типа «мы вас похороним», была очередным блестящим подтверждением концепции Ницше. Жажда мести не возникает у благородных людей, не охватывает их в тех бесчисленных случаях, когда ею движимы слабые и бессильные. Неумение не то что долго ненавидеть, а серьезно относиться и к врагам, и собственным неудачам есть признак натур с избытком жизнеутверждающей силы, настоящих победителей.

Руководствуясь концепцией Ницше, можно было бы предвидеть и развитие событий вслед за капитуляцией. Учрежденная после разгона Учредительного собрания, Российская Федерация семьдесят лет созревала в качестве плода ресентимента. Что могло изменить в этом итоге удаление из ее названия слов «советская и социалистическая»? На ее территорию не вошли войска стран, одержавших победу, никто не заставлял проводить десоветизацию на деле, то есть сносить идолов, памятники большевистской нечести, принимать законы о реституции и люстрации, расследовать преступления режима, строить мемориалы жертвам, и добиваться всенародного покаяния. А само население о таких вещах и помыслить было не в состоянии. В первую очередь потому, что в массе-то своей оно преступным коммунистический режим не считало и не считает.

За семьдесят лет ресентимента моральные ограничения на меры политического насилия из коллективного сознания исчезли полностью («нашему» государству, убежден в глубине души человек жажды мести, всё позволено), – ограничения фактически подменены соображениями о целесообразности той или иной акции в данный момент. И, конечно, утратила негативное моральное значение ложь. Она стала одним из средств борьбы за утверждение интересов «нашего» окруженного злобными империалистами государства… Говорить с носителем такого сознания о преступлениях партии Ленина-Сталина абсолютно бессмысленно. Это – попытка объяснить обезьяне, что она обезьяна.

Поскольку крах «коммунистического строительства» (вместо краха «капитализма») очевиден и наводит на горькие, обидные мысли, он – человек с советской ментальностью, совок – о «строительстве» забыл мгновенно: принял миф о непрерывно продолжающейся тысячелетней русской истории да вечном стремлении Запада уничтожить Святую Русь. Принял жадно и с облегчением, ибо в идеологии ему важна лишь компенсация сознания своего ничтожества идеей принадлежности к величайшей державе, – государству, которое внушает ужас, которое уже одним фактом своего существования мстит врагам. Каким – «буржуям», «фашистам», «пиндосам»? – второстепенные детали. Вот почему крах коммунизма для совка ни в коей мере не стал уроком: развал СССР толкуется как утрата части территорий и влияния в мире по причине их, геополитических противников России, временного торжества. Мол, печально, но поправимо: придет новый Сталин – и мы отомстим.

«Гром великий грянет над сворой псов и палачей»

В этом пункте развитие событий после капитуляции компартии на российском пространстве наиболее опасно для цивилизованного мира, потому что ситуацию, в которой народ не в состоянии сопротивляться угнетению и эксплуатации, людям позитивной морали трудновато постичь. Во времена Сталина лорд Рассел, например, фантазировал, что наука может дать власть имущим метод выведения породы людей, в среде которых борьба за демократию столь же невероятна, как «восстание овец против производителя баранины». Даже Рассел, этот выдающийся мыслитель, не догадывался, что «нация рабов» уже сформировалась – в СССР, безо всякой науки, самопроизвольно, в результате культурного провала в архаику, в эпоху древних царств. «Нация рабов» там на свой лад благоденствует – живет жаждой мести, упиваясь рассуждениями о вечном величии державы, готова выносить ради мести нищету и боготворит своих эксплуататоров, если жажда удовлетворена. Никогда не было народных восстаний (не путать с бунтами) в таких странах, как сталинский СССР или КНДР. Не будет их и в РФ. Рассчитывать на демократический переворот в ней нельзя. Поздно.

Слишком поздно. Шанс иметь на востоке Европы нормальную страну Запад упустил в конце 1918 года, отказавшись от содействия русской элите в деле ликвидации диктатуры беглых каторжников. По сравнению с СССР Россия последних десяти лет царствования Николая II – свободная демократическая страна. И реальный уровень прав и свобод граждан той страны (погибшей) уже не мог быть достигнут после падения коммунистического режима, так как в советском населении способность к гражданскому поведению и самоорганизации изведена полностью, на генетическом уровне. В Федерации не возродилось не только былое частное предпринимательство или независимый суд, но даже свободное профсоюзное движение, что, естественно, обрекает наемных работников на практически неограниченную эксплуатацию. Относительная же численность полиции и внутренних войск увеличилась еще в разы по сравнению с СССР, где она была на порядок выше, чем «при царизме».

*  В 1916 году Ленин написал статью «Военная программа пролетарской революции», в которой были слова: «Мы не хотим игнорировать той печальной возможности, что человечество переживет – на худой конец – еще вторую империалистическую войну, если революция не вырастет из данной войны… несмотря на наши усилия».



Президент РФ борется с КПРФ (избирательная кампания 1996 г.)

5. «Конец истории»?

    Запад, как известно, с самого начала принял отмену коммунистического режима на российском пространстве за демократический переворот. Хуже того, эта иллюзия не внушала никому никаких сомнений. Всеобщее признание получила теория «конца истории» Фрэнсиса Фукуямы, согласно которой РФ сразу, едва лишь отбросив в своем наименовании эпитеты «советская и социалистическая», включилась в так называемый «постисторический мир» (сообщество либерально-демократических стран). То была серьезнейшая ошибка, потому что силы, заинтересованные в переформатировании коммунистического режима, получили время организоваться и шанс взять власть. Для них обманувший Запад демократический камуфляж не представлял ни малейшей опасности, они знали, что подавляющее большинство населения составляет взращенная советской властью «нация рабов», – стадо, которому демократия непонятна и не нужна.

На деле капитуляция коммунистов в 1991 году означала лишь окончание Холодной войны и ровным счетом ничего больше. Торжество демократии на всей территории бывшего СССР и в этом смысле «конец истории», увы, потребует от «постисторическогого мира» чрезвычайных усилий, – усилий во имя собственной безопасности, вопреки естественному нежеланию какие бы то ни было усилия для окультуривания «нации рабов» прилагать. О столь неблагоприятном развитии событий можно было бы догадаться давным-давно, читая Ницше, а не Фукуяму, но в последнее время оно наблюдается уже воочию. В марте 2014 года переформатированная держава Ленина-Сталина впервые продемонстрировала миру звериный оскал.

Важно иметь в виду: сравнительно ничтожный военный потенциал Федерации не является фактором, исключающим вероятность ее сколь угодно агрессивных действий. Ресентимент иррационален. Как бы ни была осторожна чекистская хунта в Кремле, она вынуждена проводить активную политику, направленную на восстановление империи, ибо в противном случае растущее недовольство «нации» создаст благоприятные условия для сепаратистских заговоров, дворцовых переворотов, бунтов. «Нация» жаждет мести и психологически готова к войне со всем миром. Балансируя на грани этой войны, у Кремля сейчас больше шансов в нее сорваться, чем во времена СССР, когда никакого давления снизу власть не чувствовала, жила в условиях комфорта созданного террором 1918 – 1953 годов.

Это с одной стороны. А с другой, если срыв в большую войну состоится, начнет играть роль мощный антисоветский фактор о котором в современном мире не принято вспоминать, ибо тогда (только тогда) будет снято табу с тайны возникновения самой страшной катастрофы истории – Второй Мировой войны.

Выступает Главный обвинитель от СССР Роман Руденко

У цивилизации в ее вот уже двухтысячелетнем победном шествии вперед и выше, по пути общечеловеческого, открытого общества тайн быть не должно, если мы имеем действительно победное шествие, а не блуждание в потемках. И тем более не должно быть в истории лжи, лицемерия, замаскированного под фундаментальные правовые решения. А отсюда следует: не может оставаться итогом Второй Мировой войны расправа победителей над побежденными, Нюрнбергский процесс необходимо дополнить процессом над преступной группировкой, которая возглавляла одну из стран-организаторов процесса – СССР. Ибо та политическая банда была виновна в войне ничуть не менее чем NSDAP и совершила такие злодеяния против собственного народа и покоренных стран, пред которыми преступления нацистов бледнеют1. Только когда этот дополнительный процесс состоится, эпоха Мировых войн закончится.

Еще в марте 2014 года, сразу после первого шага Кремля на проторенном нацистами пути разрушения международного права (аннексия Крыма), прозвучала мысль о месте, нового, дополнительного процесса – Севастополь2. По понятным причинам на мысль мало кто обратил внимание, но трудно сомневаться в том, что при определенных обстоятельствах она станет знаменем. Нельзя не принимать в расчет, что общественное мнение Запада прозревает звериный лик коммунизма с 50-х годов прошлого века. Особенно бурно процесс пошел с весны 1956 года. Подозрения в уникальности явления возбудило не начало, не «триумфальное шествие», а невероятная репрессивность в качестве плода – кровь, пролитая уже после захвата страны, в условиях мира так называемым «государством рабочих и крестьян». Та репрессивность не находит аналогов в цивилизованном обществе, указывает на свойственное давно прошедшему этапу, архаике, отсутствие понятия о ценности человеческой жизни. Большевики единственная в истории партия, которая видела главным средством достижения своих целей даже не войну, нет – человекооистребление, причем открыто на эту тему теоретизируя. Расстрелы, по словам одного из учеников и сподвижников Ленина – «метод выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи»3. И где бы «выработка» не шла, в первую очередь уничтожалась элита – самые образованные, самые авторитетные, независимые, благородные, совестливые.

До понимания происшедшего исследователи в ХХ веке не дошли. «В силу своих чудовищных масштабов» коммунистическое насилие было признано «непостижимым для человеческого разумения»4. Советологи, как известно, ограничились анализом его механизма и динамики. Однако! это – итог прошедшего дня. Материал собран, проанализирован, систематизирован. Для проведения процесса требуется главным образом воля – воля «постисторического мира» к десоветизации российского пространства, ради собственной безопасности, ради «конца истории».

1  Символично, что главным обвинителем от СССР на Нюрнбергском процессе был выдвиженец времен Большого террора Роман Руденко. Последняя учиненная им массовая расправа произошла 1 августа 1953 года на одной из воркутинских шахт во время забастовки иностранных военнопленных. Он лично застрелил перед строем руководителя забастовки, после чего охрана, открыв огонь из пулеметов, перестреляла несколько сот безоружных людей.
2  Ю. Фельштинский. Третья мировая война. inforesist.org
3  Этим учеником Ленина был Н. Бухарин. Цитата – из его книги «Экономика переходного периода» (1920 г.). Содержание книги и высокая оценка ее Лениным достаточно подробно освещены в труде С. Коэна «Бухарин» (М., 1989. С. 118 – 129).
4  Куртуа С., Верт Н. и др. Черная книга коммунизма. М., 2001, С. 258.



ГИБЕЛЬ «ТИТАНИКА»

6. Крушение  советского  парохода

    В заключение еще один пример, доказывающий правоту Ницше, а стало быть, и вывода, сделанного здесь о смысле событий ХХ века. «Еще один» по образцу упомянутого рассказа  Ф. Закария о подлинных обстоятельствах гибели «Титаника». Ибо тот короткий рассказ – гениальная находка: ничто так точно не характеризует людей, как поведение перед лицом смерти. Случайный эпизод такого рода ценнее сколь угодно большого числа социологических опросов.

Как уже было отмечено, на шедшем в Нью-Йорк британском судне «Титаник» в третьем классе перемещался из Европы контингент людей низших слоев общества (их было 706 человек, в основном иммигрантов, многие из которых не говорили по-английски). Закария ни словом не обмолвился о том, что изображенные режиссером Кэмероном «закаленные моряки» с оружием в руках вынуждены были защищать шлюпки именно от мужчин из этого контингента. Не принято в Америке без необходимости вспоминать чей-то позор. К сожалению, однако, чтобы достичь полной ясности в вопросе о правоте Ницше такая необходимость, безусловно, имеется.

Одним из лайнеров, ходивших через Атлантику в Нью-Йорк после гибели «Титаника» был немецкий пароход «Берлин». И случилось так, что в итоге Второй Мировой войны этот пароход стал советским, а еще сорок лет спустя его гибель оказалась самым крупным по числу жертв кораблекрушением мирного времени в истории советского пассажирского флота (заняла в ней то же место, которое крушение «Титаника» занимает в истории западной цивилизации). Несколько слов об обстоятельствах трагедии.

Советский пароход затонул в ночь на 1 сентября 1986 года, только что выйдя из порта (Новороссийск), в четырех километрах от берега при спокойном море и в теплой воде. Ни капитан, ни кто-либо из его помощников не сделали для спасения пассажиров ничего. Даже сигнал тревоги не прозвучал. Паника началась почти сразу – и одновременно развернулась борьба за спасательные средства. Поскольку шлюпки были не готовы для быстрого спуска, набор средств ограничивался надувными жилетами да матрасами. Как только в результате полного погружения судна свыше тысячи человек оказалось в воде, накал борьбы достиг апогея. Побеждал сильнейший…

Впоследствии предпринимались упорные попытки придать происшедшему хоть сколько-нибудь благопристойный вид путем отбора отдельных, совершенно нетипичных эпизодов, прямой лжи и замалчивания. Но – напрасные потуги. Была опубликована статистика*. А ее анализ не оставляет места для сомнений в оценке морального состояния «человеческого материала» социалистической эпохи. Вот три, всего три наиболее ярких факта:

Если экипаж британского «Титаника» погиб почти весь (на 77 процентов), то советские «закаленные моряки» оказались наименее пострадавшей стороной: экипаж потерял 18 процентов состава (пассажиры 40 процентов).

Значительную часть экипажа советского парохода составляли женщины. Доля погибших среди них в 1.9 раза выше, чем доля погибших моряков-мужчин.

Среди погибших пассажиров всех трех классов британского «Титаника» мужчин в четыре раза больше чем женщин и детей, а среди погибших пассажиров советского парохода, наоборот, больше женщин и детей – чуть ли не в два раза (232 против 127 мужчин).

«Адмирал Нахимов»

На первый взгляд, совпатриоты могут оправдаться указанием на некорректность сравнения с «Титаником»: тот тонул почти три часа, а советский пароход – восемь минут. Однако в действительности названный аргумент лишь подтверждает обвинение в моральной деградации страны, ибо пассажирское судно, которое идет ко дну через восемь минут после получения пробоины в одном месте корпуса, для перевозки людей заведомо негодно. Эксплуатация его на протяжении десятилетий высвечивает весьма далекое от стандартов второй половины ХХ века понятие о ценности человеческой жизни. А ведь используя сей самотоп в качестве лайнера, «общенародное государство» еще и не считало нужным позаботиться об организации спасательной службы. Единственное спасательное судно новороссийского порта прибыло к месту катастрофы через девять часов. В готовности находились лишь катера погранохраны. И их командиры внимательно наблюдали – следили в бинокли за месивом человеческих тел на поверхности моря, освещая его своими прожекторами, дабы не упустить из вида возможное появление в том районе нарушителей «священной границы СССР». На просьбы капитана порта спасти людей не реагировали – ждали приказа КГБ. Только через полчаса после исчезновения судна под водой первый катер примчался на место трагедии. А самые слабые и невезучие (никак не менее трехсот человек) утонули как раз за это время.

И, конечно, была предпринята попытка всё засекретить, чтобы, значит, не дать возможность «империалистам» клеветать на социализм, на передовой общественный строй, на СССР. В единственном правдивом документальном фильме о тех событиях (фильме Федора Лебедева «Загадки «Адмирала Нахимова» 2008 год) звучит вывод: «подобная катастрофа не могла произойти ни в Англии, ни в Германии, ни в другой цивилизованной стране, это чисто советская катастрофа». Именно – советская. С учетом того обстоятельства, однако же, что такого рода катастрофы продолжаются. Они обречены продолжаться, поскольку ментальность пролетария – существа, уязвленного своим ничтожеством и жаждущего мести (советская ментальность) – устойчивой тенденции к перестройке не обнаруживает. Выкарабкаться из культурного провала страна не в силах.

В Сети наиболее подробная статистика дана на сайте «Пароход Адмирал Нахимов» (http://admiral-nakhimov.net.ru/new/).


Разработано LiveJournal.com