?

Log in

No account? Create an account

Никодим

     Оказывается один…

Никодим

Быть или не быть

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть














     Оказывается один московский фраер удумал для разнообразия съездить, вместо Лазурного берега или Майорки, в Восточную Сибирь. И, насладившись дикой природой в автопробеге по Хакассии и Туве, завернул в круиз по городкам и весям вдоль дороги Улан-Удэ – Тайшет – Братск. И вот там – нищета и безысходность жизни местного населения подвигли на фразу: «Страна умерла. Без преувеличения. Но никто этого не заметил. Просто о ней давным-давно забыли».

Непонятно, что имеется у него в виду под словом «страна»: Россия или Восточная Сибирь с окрестностями (заголовок «Россия умерла…» сделан Красильщиковым)? Непонятно, во-первых, потому, что сам фраер свои впечатления обобщает только на Сибирь и Дальний Восток, а во-вторых, потому что из его текста приходится сделать вывод: о собственно России он понятия не имеет.

Ведь для того, чтобы увидеть ту же нищету и безысходность не надо так далеко от Москвы ездить. В Тверской области почти то же самое, и есть основания полагать, что в соседних областях ничуть не лучше. Единственное существенное отличие от Восточной Сибири и Дальнего Востока – более низкий уровень преступности. Но это в порядке вещей, так было и в эсэсэре: преступность растет с запада на восток. Вот фраер пишет, что в районе Братска зарплата учителя в сельской школе 3500, средняя зарплата 8000, уборщица в детском саду города Зима получает 2500. А зачем он об этом, чему тут удивляться? Сразу видно: ему жизнь российской провинции (той, что возле Москвы) абсолютно неизвестна.

Боле-менее приличный уровень жизни удерживается главным образом в областных центрах и в некотором радиусе вокруг них. Например, в Тверской области этот радиус установлен в 70 км. Что же касается больше части территории нечерноземных областей, то они давно уж – и при активной поддержке правительства! – обращаются в заросшую лесом пустыню. Поэтому даже сообщение о нищих деревушках в тайге за Братским водохранилищем (тех, где смерти не регистрируют) свидетельствуют о незнании автором своей страны. Точно ту же картина ныне можно наблюдать в лесах Тверской, Новгородской, Псковской и других областей. И есть основания полагать, что практика захоронения умерших без регистрации государство вполне устраивает, потому что способствует фальсификации наиважнейшего демографического показателя – средней продолжительности предстоящей жизни (показатель, по которому за границей судят о благополучии страны).

Но главное, что надо отметить в связи с фразой «Страна умерла», это эмоциональный заряд. Она не с горечью произнесена – с интересом. Для московского фраера наблюдение нищих и обездоленных соотечественников – занятное времяпрепровождение, типа путешествия по Африке. Он усматривает экзотику в картине детей, просящих милостыню, стоя на коленях у железнодорожного переезда, и улиц, по коим слоняются искалеченные на лесоразработках пьяные мужики. В одном месте своих записок даже сам признается в цели пребывания: «Поживу здесь пару-тройку недель. Попутешествую, понаслаждаюсь общением с туземцами и туземками». Кстати, последние его привлекают в первую очередь: фраер из сексуально озабоченных... Ну да хватит о нём.

Вопреки убеждению совков, Россия умерла давно – еще в 60-х годах, вместе с последними людьми, которые выросли в ней. Далее пошло и продолжается доселе затяжное издыхание Совдепии – социума совершенно иного, возникшего в итоге бифуркации 1917 – 20 гг. и изначально обреченного на вымирание. Типичными его представителями являются в равной мере абсолютно неспособные ни к какой самостоятельной деятельности обитатели трущоб и счастливые потомки партийно-советской номенклатуры. На обоих печать гомо советикуса – абсолютная бездуховность.




Разработано LiveJournal.com