?

Log in

No account? Create an account

Никодим

Одна из колонн мирной демонстрации в защиту…

Никодим

Быть или не быть

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть








Одна из колонн мирной демонстрации в защиту Учредительного собрания 18. 01. 1917

    Утром 18 января в разных частях города собрались колонны демонстрантов с целью пройти до Таврического дворца, где – по идее, волновавшей умы с Февраля – народным избранникам предстояло принять власть от временного правительства и порешить все вопросы обустройства России на грядущие века. Поскольку большевики намерение подчинить Собрание себе и тем самым его отменить уже высказали, предполагалось массовым шествием оказать моральную поддержку сопротивлению депутатов. Руководители Союза защиты Учредительного собрания полагали, что большевики, быть может, еще не посмеют навязывать свою волю, если увидят улицы, заполненные сотнями тысяч возмущенных граждан.

Как наивен был расчет! Да даже если бы вышли все, кто твердо стоял за Учредительное собрание (а таких было больше трехсот тысяч), они бы ничего не могли сделать. Поздно. Выходить надо было в ночь на 8 ноября, когда узурпаторы не имели надежного войска и чувствовали себя неуверенно. Теперь слишком поздно. И не потому ли, что этот факт был достаточно понятен, демонстрация по большому счету и не состоялась? К Таврическому дворцу направились меньше 60 тысяч человек. Разогнать их военному министру Подвойскому не стоило труда. Мог бы и не стрелять.

Ленин долго отсиживался в Смольном под охраной латышей. Он знал, конечно, что вооруженное выступление в защиту Учредительного собрания эсеры отменили, что останутся в казармах полки, подпавшие под их влияние, и отряды, специально доставленные с фронтов. Но, очевидно, опасался, как бы в случае выхода на улицы сотен тысяч народа, какой-нибудь эсеровский активист не рискнул ударить в набат. Лишь после полудня, когда стал ясен ограниченный масштаб демонстрации, вождь – мертвенно бледный – появился в Таврическом дворце, окруженном проволочными заграждениями и пулеметами. Открыть Собрание не позволил – занялся разговорами в своей фракции. И предавался этому занятию около трех часов, пока ему не сообщили, что демонстрация разогнана, на улицах тишина.

Однако же и тогда большевики не дали Собранию открыться самостоятельно: специально собранная толпа «гостей» орала и свистела, пока на трибуну не взошел председатель ВЦИК Свердлов. Тот оттолкнул плечом старейшего депутата, вырвал из его руки колокольчик и, объявив заседание открытым, прочитал опубликованный накануне проект декларации о признании Учредительным собранием «власти трудящихся». Затем фракция большевиков встала петь «Интернационал». И весь зал, включая правых эсеров, присоединился, причем Чернов проявил особое усердие – с подчеркнутым энтузиазмом дирижировал.

Замысел Ленина состоял в том, чтобы обвинить правых в контрреволюции, после того как за прочитанный Свердловым проект – «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа» – они не станут голосовать. Далее он собирался с негодованием уйти, а всех оставшихся депутатов вынудить разойтись, без явного насилия. Ставка делалась на психологическое давление (между прочим, начальником охраны был назначен Анатолий Железняков – знаменитый анархист, осужденный при Керенском за убийства на 14 лет каторги). Осуществить замысел удалось в целом, – отнюдь не в оптимальном варианте. Дело в том, что депутаты его разгадали и, не надеясь на возможность собраться еще раз, запаслись терпением, бутербродами и свечами. Они не обращали внимания на бесчинства караула и «гостей», старавшихся им мешать шумом, издевательскими выкриками, угрозами. Они упорно в спешном порядке принимали один законопроект за другим. Вряд ли еще какому-нибудь парламенту приходилось работать в таком темпе и таких условиях. «Гости» в ходе многочасового заседания усердно прикладывались к бутылкам, и, прежде чем свалиться на диван или под диван, иные целились в «буржуев» из винтовок… Депутаты всё выдержали – проголосовали по всем законопроектам и только тогда, в пятом часу утра, слитной, компактной группой двинулись к выходу.

Советские пропагандисты с целью пресечь слухи о принятых Учредительным собранием законодательных актах (особенно о мире и земле) распространяли легенду, что будто бы депутаты в панике разбежались, когда начальник караула «устал» и потребовал прекратить заседание. В действительности Железняков только пробовал вызвать эффект, который ему приписали. Он предложил председательствовавшему Чернову кончать, сославшись на инструкцию наркома Дыбенко. Но Чернов ответил: «собрание может разойтись лишь в том случае, если будет применена сила».







Разработано LiveJournal.com