?

Log in

No account? Create an account

Никодим

TODES-ERFAHRUNG Wir wissen…

Никодим

Быть или не быть

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть










TODES-ERFAHRUNG

Wir wissen nichts von diesem Hingehn, das
nicht mit uns teilt. Wir haben keinen Grund,
Bewunderung und Liebe oder Hass
dem Tod zu zeigen, den ein Maskenmund

tragischer Klage wunderlich entstellt.
Noch ist die Welt voll Rollen, die wir spielen.
Solang wir sorgen, ob wir auch gefielen,
spielt auch der Tod, obwohl er nicht gefällt.

Doch als du gingst, da brach in diese Bühne
ein Streifen Wirklichkeit durch jenen Spalt
durch den du hingingst: Grün wirklicher Grüne,
wirklicher Sonnenschein, wirklicher Wald.

Wir spielen weiter. Bang und schwer Erlerntes
hersagend und Gebärden dann und wann
aufhebend; aber dein von uns entferntes,
aus unserm Stück entrücktes Dasein kann

uns manchmal überkommen, wie ein Wissen
von jener Wirklichkeit sich niedersenkend,
so dass wir eine Weile hingerissen
das Leben spielen, nicht an Beifall denkend.

ПОЗНАНИЕ СМЕРТИ

Мы ничего не знаем про уход
раз навсегда ушедших. И не нам
судить о смерти, забежав вперед,
приглядываясь к сдвинутым чертам

на маске трагедийного конца.
Пока мы здесь разыгрываем роли
в надежде славной лицедейской доли, —
играет смерть от своего лица.

Но ты ушла, и к нам одновременно
проник луч подлинности в ту же щель,
в которой ты исчезла с нашей сцены:
луч яви, нам неведомый досель.

А мы за славой гонимся упрямо,
мы упиваемся своей игрой...
Но вырвавшееся из нашей драмы
твое существование порой


нас будто тянет за собой из плена,
чтоб вдохновить нас подлинностью яви.
И в те минуты мы самозабвенно
играем жизнь, не думая о славе.

     Здесь у Рильке, в сущности, заканчивается движение к пониманию различия между эмпирической (чужой) смертью и своей (ментальной). Еще в 1904 году, в «Белой княгине» у него это понимание отсутствует. Там чужая смерть – смерть, постигающая каждого, но случайно, а собственная – та, что не более чем обусловлена существованием человека или даже предназначена ему Богом. И вот картина резко меняется: есть смерть, видимая в мире, настигающая других, а есть – сознаваемая, переживаемая, причем в качестве инобытия и именно тогда, когда видимая «уходит».

Жаль, что переводчик удалился от оригинала в названии. Видимо, он счел нужным избежать слова «опыт», учитывая склонность соотечественников к пониманию его исключительно в естественной установке, т. е. не без основания полагал, что выражение «опыт смерти» будет понято как «опыт умирания». Убежден: следовало бы дать точный перевод и сделать пояснительное примечание. Жаль также, что в первой строке слово Hingehn переведено словом «уход». Еще одна неточность! А из-за этого возникает сбивающая с толку ассоциация при чтении строки «Но ты ушла и к нам одновременно», ведь получилась что смерть, как и люди, «ушла» (умерла). Кто-то может даже не сообразить, что речь идет о смерти. Есть и другие неудачные места.

Думается, именно недостатками перевода объясняется появление в YouTube видео «Познание смерти». Неизвестный мне автор рискнул раскрыть тему сопоставления чужой и собственной смерти посредством зримой картины и при этом, похоже, как раз собственную-то смерть, в противоположность чужой, представил предметно – в образе молодой женщины в белом. Может быть это и красиво, но причем тут Рильке?

Любопытно, что философом первое описание экзистенциального переживания конца было сделано четырьмя годами позже, нежели поэтом. В 1911 году Шелер опубликовал работу «Tod und Fortleben» (на русский до сих пор не переведена), в которой описал переживание конца как переживание «достоверности смерти» (Todesgewissheit), постоянно и упорно вытесняемое. Есть мнение, что эта работа послужила источником вдохновения для Хайдеггера.




Разработано LiveJournal.com