?

Log in

No account? Create an account

Никодим

Крах  последнего  замысла  коммунистического  переворота  в  Европе,

Никодим

Быть или не быть

Крах  последнего  замысла  коммунистического  переворота  в  Европе,

Previous Entry Поделиться Next Entry
Быть или не быть

или скандальная правда об истоке «ленинградского дела»



    Причины, вызвавшие в 1949 году решение Сталина о расправе со всей ленинградской номенклатурой, просты и естественны для своего времени, – можно даже сказать, банальны. При условии понимания политической обстановки в стране и мире они сами бросаются в глаза. К тому же их всего две.

Первая – это окончательный провал замысла, изначально (еще с захвата власти в Питере) одухотворявшего советскую историю, – замысла мировой революции. В Кремле актуальна была мысль, высказанная «отцом-основателем» в начале пути, после разгрома в Польше: «Пока остались капитализм и социализм, они мирно жить не могут: либо тот, либо другой в конце концов победит; либо по Советской республике будут петь панихиды, либо – по мировому капитализму». Актуальна! ибо ситуация тогда сложилась пугающе аналогичная: очередной «освободительный поход», едва не приведя к гибели советской власти, цели не достиг, а вторая мировая война опять не подтвердила «научный» прогноз о неизбежности в итоге мировой войны победы социализма, – прогноз путеводный, роковой. Факт как раз к январю 1949 года обозначился для Сталина с убийственной ясностью – у него случился инсульт, он почувствовал приближение смерти.

«Ленинградское дело» – прямое следствие, потому что разработчиком и руководителем плана использования послевоенной разрухи в Европе для провоцирования социального взрыва был Жданов – создатель и вождь ленинградской группы. Этот неудачник имел в Кремле – такова вторая причина – слишком уж влиятельных ставленников и слишком могущественных врагов. Враги, предвидя смерть Сталина, не упустили случай устранить конкурентов и основательно зачистить политическую арену.

А теперь по порядку, начиная с провалившейся попытки исполнить наконец «закон истории».

В первых числах мая 1948 года второй после Сталина секретарь в Секретариате ЦК – Жданов – был временно освобожден от работы якобы для лечения. В действительности же – для выполнения специальной миссии, о ходе которой обязан был докладывать только самому «вождю и учителю, великому стратегу социалистической революции». Ибо при нем он в роли знатока «единственно научного учения» состоял, знал «времена и сроки».



Ничего оригинального в очередном плане европейской революции не было. В основе – ленинская идея неизбежности войн при капитализме и, как следствие, возможности для социалистов вести за собою в условиях вызванных войной разрухи и страданий большинство населения, вести под лозунгом борьбы за мир. Жданов надумал создать сначала повсеместно руками компартий центры консолидации левых сил в качестве «комитетов защиты мира», а затем – обстановку, оптимальную для консолидации, поставив Европу на грань возобновления войны. Не без основания предполагалось, что страх перед войной гарантирует «комитетам» настолько высокий рейтинг во всех слоях общества, что в ряде стран возникнет она – «революционная ситуация». Коммунисты смогут брать власть.

К маю 1948 года «движение сторонников мира» уже было создано, причем в едином блоке со всеми крупнейшими международными левыми организациями, включая Всемирную федерацию профсоюзов. Жданов освобождался от работы в Кремле в самый критический момент – провоцирование вооруженных сил США на удар по советским войскам. Согласно плану, в центре Европы, в направлении на Берлин, «империалисты» должны были совершить очевидный акт агрессии.



Сейчас, много лет спустя, решимость Сталина пойти на риск войны, в коей нельзя рассчитывать на победу, может казаться странной, однако лишь при забвении его коммунистической веры. Наследник Ленина был истым и типичным большевиком: в юности перешел из христианства в марксизм. Сим обстоятельством определяется вся его деятельность. Образ Сталина-прагматика – модернизация, возникшая в массовом сознании после того, как и в массе разрушилась вера. Так что при желании понять события 1948 года нужно учитывать: в умах власть имущих разрушение началось как раз тогда, в год столетия «Коммунистического Манифеста», после неудачи с Берлином. Для них тот факт, что Мировую Революцию не раскачали и две мировые войны, весьма существенно прояснял вопрос, по какой из сохранившихся сторон «будут петь панихиды».

Явные признаки готовящейся блокады Западного Берлина фиксировались с 1 апреля – стали чиниться препятствия на путях передвижения американского военного персонала. А полностью прекратилась работа всего наземного транспорта 24 июня – якобы «из-за технических трудностей». Дату Жданов и Сталин выбрали с целью сорвать в Западном Берлине денежную реформу. Будучи уверены в способности достаточно долго противостоять попыткам армии СШ прорвать блокаду, они чаяли включить весь Берлин в свою оккупационную зону. Сомневаться в этом не приходится, ведь даже если б американцы не решились применить силу, население, лишенное поставок продовольствия и топлива с Запада, вынуждено было бы просить помощи у советской военной администрации.

Организацию же воздушного моста кремлевские мудрецы просто-напросто не предвидели. Воздушный мост – это событие, коим сама история высмеяла претензии наследников Ленина на знание «ее законов». Вдруг оказалось, что свободному миру для победы над империей «рациональной в своей основе» и в драку-то ввязываться не надо. Он берет верх своим организационным, техническим и финансово-экономическим превосходством.



В первый момент в Кремле, наверно, посмеивались. Но сообразили скоро, что это с их подачи, «империалисты» снабжают блокированный город продовольствием, то есть выполняют гуманитарную миссию, привлекая тем самым на свою сторону симпатии народов Европы. А как следствие, рушится замысел сплочения «масс» вокруг «комитетов защиты мира»… В надежде спасти лицо Сталин и Жданов попытались изобразить работу моста бессмысленной, они объявили населению Западного Берлина о готовности снабжать их всем необходимым. Но – поздно. Получив шанс избежать советизации, стать гражданами свободной страны, берлинцы отказались принимать помощь от виновников своих бед. А народы их хорошо поняли.



Как раз в то время потоком шли из Америки во французские порты суда с продовольствием и промышленными товарами для разрушенной войной Европы. То была беспрецедентная благотворительность в придачу к миллиардам долларов, кои были выделены еще весной (при возмещении только пяти процентов). Отказавшись от силового прорыва блокады, руководители США окончательно сорвали замысел Сталина. Для захвата власти коммунистами не хватало импульса. Даже когда в середине июля в Италии «агент международной реакции» стрелял в лидера компартии, забастовки и уличные бои с полицией в революцию не переросли.

Итак, «комитеты защиты мира» оказались бесполезны. Блокада Берлина обернулась ударом по престижу СССР – ударом сокрушительным и очевидным.



Сталин понял это по истечении первой же недели работы моста. В начале июля, в ходе обсуждения возникшего кризиса на заседании Политбюро он, призвав покарать виновных, указал мундштуком трубки на Жданова. И тогда же место не оправдавшего доверие знатока в Секретариате ЦК занял его злейший враг – Г. Маленков. Знаток, таким образом, повергался в состояние падения с вершины власти: впору было подумать о прощании с родственниками. На пути домой – в машине – он потерял сознание.

У «великого стратега социалистической революции» нередко лишались головы и виновники много меньших неудач, нежели провал последней попытки освободить Европу от капитализма. Так что отнюдь не безосновательны слухи о тайном убийстве Жданова, пошедшие сразу после его смерти. Кроме того, тут особый случай: у слухов есть документальное подтверждение.

Дело в том, что Жданов отличался слабым здоровьем, особенно больным сердцем. Между тем его – в стрессовой ситуации! – обязали отправиться для лечения на далекую уединенную дачу в валдайских лесах. Туда к нему могла вылетать из Москвы группа профессоров. Но вот прибыв 28 августа по случаю сердечного приступа, они не признали у больного инфаркт миокарда, на который указывала кардиограмма, и, соответственно, не приняли необходимых мер. Напротив, рекомендовали прогулки в лесу. Известно это из письма врача, снимавшего кардиограмму, ибо тот решил подстраховаться – донес на профессоров начальнику Главного управления охраны. Письмо было получено не позднее 30 августа. И, хотя оно содержало предупреждение о возможности рокового исхода, начальник позаботился только о наказании доносчика. А 31 августа больной – после прогулки – скончался в условиях продолжительного отсутствия медицинской помощи. Говорят, даже телефон у него оказался неисправен.


В Берлине тогда не знали, что победа уже почти достигнута




Разработано LiveJournal.com